Заявление КПБ о «Теории победы» Гринкевича: проверка по первоисточнику

14 октября 2026 года Центральный комитет Коммунистической партии Беларуси (КПБ) выступил с заявлением, в котором осудил «Теорию победы», представленную Верховным главнокомандующим Объединенными вооруженными силами НАТО в Европе Алексусом Гринкевичем. За этой концепцией авторы обращения усмотрели планы подрыва конституционного строя Беларуси, дестабилизации региона и «экономического удушения» страны. При этом подтверждающих цитат или документов в заявлении не приведено.

Полная стенограмма выступления Гринкевича и последующих ответов на вопросы позволяет сопоставить эти утверждения с его словами. Беларусь в ней не упоминается. Применение силы описано при нападении на НАТО, а заявленная цель — остановить его, лишив противника возможности захватить и удерживать территорию союзников. Для этого генерал допускает тактическое и оперативное поражение участвующих в нападении сил и обеспечивающей их военной системы.

Это не делает концепцию свободной от спорных положений и рисков. Однако критика военного подхода и приписывание его автору конкретных политических намерений — разные задачи. Проверяем, какие источники авторы указывают для своих выводов и где они расходятся с содержанием выступления.

Два документа и разные утверждения

Основа разбора — заявление Центрального комитета Коммунистической партии Беларуси и стенограмма выступления Гринкевича с ответами на вопросы на сайте военного командования НАТО в Европе (SHAPE). Цитаты из англоязычной стенограммы приведены в переводе редакции.

Ключевое утверждение КПБ сформулировано в первом абзаце:

«За глянцевой „Теорией победы“ скрываются системные агрессивные планы НАТО в отношении суверенной и независимой Республики Беларусь, направленные на подрыв конституционного строя, дестабилизацию региона и экономическое удушение нашего социального государства».

Здесь содержатся сразу несколько утверждений: о направленности планов против Беларуси и об их конкретных политических и экономических целях. Каждое требует собственного обоснования. Само существование военной концепции еще не подтверждает весь этот перечень. Ни одно из утверждений не сопровождается ссылкой на документ или заявление, подтверждающее наличие таких планов.

При этом публичная речь не раскрывает всех закрытых документов НАТО. Поэтому границы проверки определены: что заявил Гринкевич и какие основания для своих утверждений предъявила КПБ.

Что Гринкевич назвал «Теорией победы»

В начале выступления Гринкевич изложил позицию альянса:

«У нас нет планов, намерений и устремлений, выходящих за рамки защиты нашего населения и обороны нашей территории».

Затем обозначил условие применения силы:

«Но если кто-то окажется настолько безрассудным, что нападет на нас, мы будем сражаться. Мы остановим нападение и лишим нападающих возможности достичь своих целей, какими бы они ни были».

Это существенная часть содержания речи, а не вводная оговорка. Именно от этого условия генерал переходит к объяснению своей концепции.

Ее три элемента (Block, Blunt, Break) можно передать как «остановить, ослабить, разгромить»:

«Мы остановим первоначальное нападение. Если оно продолжится, мы ослабим его и предотвратим продвижение противника. А при необходимости мы разгромим силы противника и развернутую против нас оперативную систему ведения боевых действий».

Сначала предполагается остановить наступающие подразделения и не допустить захвата территории союзников. Если нападение продолжается — лишить противника возможности наращивать темп и перехватывать инициативу. При дальнейшем наступлении или вводе резервов — поражать военную систему, обеспечивающую эти действия.

Последний этап сформулирован широко. Гринкевич говорит не только об атакующих подразделениях, но и обо всем, что их поддерживает, снабжает и обеспечивает управление. Он описывает применение высокоточных боеприпасов и массовых доступных систем, действия на суше, в воздухе, на море, в космосе и киберпространстве.

Поэтому представлять концепцию как обещание ограничиться обороной непосредственно на границе было бы неверно. Но столь же неверно исключать из нее исходное условие: описанные действия направлены против сил и системы, задействованных в нападении на НАТО.

Почему генерал отдельно сказал: это не военный план

Перед изложением трех этапов Гринкевич сделал уточнение:

«В последние дни некоторые называли это планом, но это не так, по крайней мере не в военном смысле слова».

По его объяснению, «Теория победы» задает общее представление о достижении успеха в сдерживании и обороне. Она выражает замысел командующего: какие ключевые задачи должны выполнять вооруженные силы и какие возможности необходимо демонстрировать для предотвращения нападения. Концепция, по его словам, опирается на согласованную всеми 32 союзниками стратегию сдерживания и обороны Евроатлантического региона (DDA).

Это не означает отсутствия практического военного планирования. В ответах на вопросы Гринкевич подтвердил, что окончательная закрытая версия концепции была оформлена примерно за три месяца до выступления. Он также говорил об учениях, повышении готовности и инвестициях в вооружения.

Однако общее изложение подхода и конкретный план операции — не одно и то же. Из публичной речи нельзя извлечь отсутствующий в ней перечень целей, маршрутов или приказов.

Говорил ли Гринкевич об ударах по Беларуси

В стенограмме основного выступления и последующей беседы Беларусь не названа. В ней нет перечня объектов на белорусской территории и заявления о намерении нанести по ним удары.

Россия в обсуждении присутствует: ее упоминают ведущая, модератор и сам генерал. Поэтому утверждать, что выступление не связано с российским направлением, было бы неправильно. Но это не позволяет автоматически приписывать Гринкевичу конкретные заявления о Беларуси.

Сведения о возможных целях на белорусской территории встречаются в журналистских публикациях. В частности, издание Vijesti, использующее сведения The Wall Street Journal и других источников, сообщает о возможных ударах дальнобойными ракетами по российским командным пунктам и системам противовоздушной обороны (ПВО) в Калининградской области, около Санкт-Петербурга и в Беларуси. Этот фрагмент изложен журналистами, а не оформлен как прямая цитата Гринкевича.

Следовательно, такие сведения следует атрибутировать соответствующему изданию, а не превращать в слова генерала. Они могут быть предметом отдельной проверки военного планирования, но не меняют содержание опубликованной стенограммы.

Границы настоящей проверки

Ниже фактические наблюдения по текстам документов отделены от редакционных выводов об их соответствии. Оценки касаются аргументации опубликованного заявления, а не мотивов его авторов.

Редакция проверяет только те утверждения, которые можно сопоставить с публично доступным текстом выступления. Закрытые документы НАТО, решения союзников и иные материалы, не опубликованные в открытом доступе, в настоящей проверке не рассматриваются. Отсутствие положения в публичной стенограмме не доказывает его отсутствия в иных документах.

Настоящий разбор ограничивается сопоставлением текста заявления с текстом выступления. Редакция не оценивает мотивы авторов заявления, политическую целесообразность обращения или его внутрипартийные задачи.

Первое расхождение: условие применения силы не отражено

В заявлении КПБ «Теория победы» представлена как свидетельство агрессивных планов против Беларуси. Условие, с которого начинается объяснение Гринкевича (нападение на НАТО), в обращении не отражено.

Между тем генерал неоднократно возвращается к нему. В заключении он заявляет:

«НАТО не стремится к войне ни с кем».

Далее поясняет, что реализация описанной концепции потребовала бы от него приказов, которые он надеется никогда не отдавать. Последовательность вновь условна: если война начнется, альянс будет останавливать и ослаблять нападение, а если оно не прекратится — разгромит осуществляющие его силы.

Публичное заявление об оборонительной цели не гарантирует, что будущие действия обязательно останутся в этих рамках. Но при передаче содержания речи это условие необходимо сохранить.

Сценарий «при нападении на альянс будут поражаться участвующие в нем силы и обеспечивающие их объекты» сам по себе не подтверждает утверждение о «системных агрессивных планах НАТО» против Беларуси. Чтобы обосновать такую характеристику концепции, необходимы дополнительные источники. В заявлении КПБ они не приведены.

Второе расхождение: «подрыв конституционного строя» не подтвержден

Одно из наиболее значимых утверждений КПБ касается направленности планов НАТО на подрыв конституционного строя Беларуси. Источник этого вывода не указан.

В стенограмме такая цель отсутствует. Более того, Гринкевич отдельно ограничивает заявленную задачу:

«Мы не стремимся нанести нашему противнику стратегическое поражение, и нам это не требуется».

Затем уточняет:

«Для достижения этого необходимо тактическое и оперативное поражение сил, применяемых против нас, но не более».

Речь идет о поражении определенных сил и системы их обеспечения, а не об объявленной программе изменения государственного устройства.

Можно сомневаться, удастся ли удержать конфликт в таких границах. Можно анализировать политические последствия военного поражения. Но возможные последствия не являются доказательством заранее поставленной цели.

Поэтому корректный вывод ограничен: в рассматриваемом выступлении намерение подорвать конституционный строй Беларуси не заявлено, а КПБ не предъявляет другого источника, который подтверждал бы это утверждение.

Третье расхождение: дестабилизация названа намерением

Конструкция «планы… направленные на… дестабилизацию региона» представляет дестабилизацию как цель.

Гринкевич объясняет концепцию иначе. По его утверждению, ограничение действий системой, которая осуществляет нападение, должно позволить НАТО занимать более выгодное положение с точки зрения управления эскалацией. При этом он предупреждает о способности альянса отвечать на дальнейшее повышение уровня конфликта.

Эти доводы допускают критический разбор: заявление о намерении ограничить войну не гарантирует, что ее удастся ограничить. Удары по управлению, снабжению и другим обеспечивающим структурам могут поставить вопрос о расширении конфликта.

Но утверждения «действия могут дестабилизировать регион» и «действия предпринимаются ради дестабилизации» различаются. Первое касается риска, второе — намерения. В обращении КПБ это различие не проведено, а доказательства именно такой цели не представлены.

Четвертое расхождение: где в речи «экономическое удушение»

КПБ также приписывает планам НАТО направленность на «экономическое удушение нашего социального государства».

В стенограмме нет предложений о санкциях, торговых ограничениях или экономической блокаде Беларуси. Когда Гринкевич обсуждает оборонную промышленность и финансирование, речь идет об инвестициях союзников в собственные вооружения, производственную базу, запасы и способность поддерживать военные действия.

Это разные предметы. Расходы НАТО на оборону сами по себе не являются программой экономического давления на Беларусь.

Существование санкций и их последствия можно рассматривать отдельно. Однако упоминание санкционного давления в партийном обращении не устанавливает его связь с конкретным выступлением Гринкевича. Для такой связи необходим документ, решение или высказывание. В заявлении КПБ соответствующий источник отсутствует.

Дипломатический контекст не заменяет доказательств

Авторы обращения отмечают диалог Минска и Вашингтона, положительную динамику отношений с отдельными приграничными государствами и заявления лидеров ведущих стран на сессии Генеральной Ассамблеи Организации Объединенных Наций (ООН).

Эти темы могут характеризовать политический фон. Но даже подтвержденные дипломатические контакты не устанавливают содержание речи военного командующего и не доказывают приписанные ему цели.

Ссылка на ООН также остается общей: в заявлении не названы выступавшие лидеры, не приведены конкретные речи или цитаты, на основании которых сделан вывод о позиции «подавляющей части человечества».

Главное заключается в том, что стремление государств к миру не подтверждает само по себе конкретное утверждение о наличии агрессивных планов в отношении Беларуси. Для этого нужны непосредственно относящиеся к делу источники.

Что можно критиковать в концепции без подмены ее содержания

Проверка аргументов КПБ не требует принимать объяснения НАТО на веру.

Описанный Гринкевичем подход предусматривает широкое воздействие на военную систему противника, включая управление и снабжение. Он говорит об инвестициях в дальнобойные высокоточные средства, сенсорные сети и общую информационную инфраструктуру ведения боевых действий.

Это оставляет существенные вопросы: какие объекты будут считаться частью системы нападения, где пройдут границы поражения обеспечивающей инфраструктуры и насколько реалистично ограничить конфликт тактическими и оперативными задачами.

Не менее важен вопрос о закрытой версии концепции: ее содержание нельзя полностью проверить по публичному выступлению. Поэтому утверждения о конкретных целях должны сопровождаться точным указанием источника, а не выводиться из общей формулы поражения военной системы.

Такая критика касается реального содержания концепции. Она не требует добавлять к нему неподтвержденные намерения изменить конституционный строй Беларуси или осуществить ее экономическую блокаду.

Политические призывы и аргументация по существу

Заключительная часть заявления КПБ содержит призывы к международной солидарности, сплочению и объединению сторонников партии разных поколений.

Эти абзацы выражают политическую позицию авторов. Однако они не добавляют цитат или документов, подтверждающих утверждения первого абзаца.

Документ подписан Центральным комитетом Коммунистической партии Беларуси. Именно аргументация этого обращения является предметом проверки; переносить его авторство на государственных руководителей оснований нет.

Что в итоге не сходится

Таким образом, заявление КПБ содержит однозначные выводы, но в нем не показано, как они следуют из слов Гринкевича. Условие применения силы в нем не отражено, а к военной концепции добавлены политические и экономические цели, не сформулированные в рассматриваемом выступлении.

Опасения за безопасность Беларуси заслуживают предметного обсуждения. Однако оценку возможных последствий военной концепции необходимо отличать от утверждений о намерениях ее автора. В заявлении КПБ перечислены конкретные политические и экономические цели, но не приведены источники, позволяющие связать их с рассматриваемым выступлением Гринкевича.